Определение Конституционного Суда РФ от 27 мая 2010 года № 699-О-О

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка М.У. Бачалова оспаривает конституционность части первой статьи 75 и пункта 4 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми при смене собственника имущества организации новый собственник не позднее трех месяцев со дня возникновения у него права собственности имеет право расторгнуть трудовой договор с руководителем организации, его заместителями и главным бухгалтером. По мнению заявительницы, данные законоположения ограничивают трудовые права граждан, занимающих должности главных бухгалтеров, и противоречат статьям 17, 19, 37 и 55 Конституции Российской Федерации.

Оспариваемые М.У. Бачаловой нормы были применены в ее деле судами общей юрисдикции.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные М.У. Бачаловой материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель вправе устанавливать различия в правовом статусе лиц, принадлежащих к разным по условиям и роду деятельности категориям, в том числе вводить особые правила, касающиеся прекращения с ними трудовых отношений, если эти различия являются оправданными и обоснованными, соответствуют конституционно значимым целям (Постановление от 15 марта 2005 года N 3-П, Определение от 3 октября 2002 года N 233-О).

Правовой статус главного бухгалтера (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности: он несет ответственность за формирование учетной политики, ведение бухгалтерского учета, своевременное предоставление бухгалтерской отчетности, обеспечивает соответствие осуществляемых хозяйственных операций законодательству Российской Федерации, контроль за движением имущества и выполнением обязательств; его требования по документальному оформлению хозяйственных операций и представлению в бухгалтерию необходимых документов и сведений обязательны для всех работников организации (пункты 2 и 3 статьи 7 Федерального закона от 21 ноября 1996 года N 129-ФЗ О бухгалтерском учете»). Введение для главных бухгалтеров дополнительного основания прекращения трудового договора основано на специфике их трудовой деятельности и должностных обязанностей и не может рассматриваться как устанавливающее необоснованную дифференциацию между различными категориями работников. В случае расторжения трудового договора с главным бухгалтером в связи со сменой собственника имущества организации ему выплачивается компенсация в размере не ниже трех средних месячных заработков (статья 181 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, оспариваемые заявительницей законоположения не могут рассматриваться как нарушающие ее конституционные права.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бачаловой Марьям Умаровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Ассоциация содействует в оказании услуги в продаже лесоматериалов: доска обрезная 25 цена по выгодным ценам на постоянной основе. Лесопродукция отличного качества.

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 мая 2010 г. N 699-О-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ
ГРАЖДАНКИ БАЧАЛОВОЙ МАРЬЯМ УМАРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 75 И ПУНКТОМ 4
ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 81 ТРУДОВОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки М.У. Бачаловой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка М.У. Бачалова оспаривает конституционность части первой статьи 75 и пункта 4 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми при смене собственника имущества организации новый собственник не позднее трех месяцев со дня возникновения у него права собственности имеет право расторгнуть трудовой договор с руководителем организации, его заместителями и главным бухгалтером. По мнению заявительницы, данные законоположения ограничивают трудовые права граждан, занимающих должности главных бухгалтеров, и противоречат статьям 17, 19, 37 и 55 Конституции Российской Федерации.
Оспариваемые М.У. Бачаловой нормы были применены в ее деле судами общей юрисдикции.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные М.У. Бачаловой материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель вправе устанавливать различия в правовом статусе лиц, принадлежащих к разным по условиям и роду деятельности категориям, в том числе вводить особые правила, касающиеся прекращения с ними трудовых отношений, если эти различия являются оправданными и обоснованными, соответствуют конституционно значимым целям (Постановление от 15 марта 2005 года N 3-П, Определение от 3 октября 2002 года N 233-О).
Правовой статус главного бухгалтера (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности: он несет ответственность за формирование учетной политики, ведение бухгалтерского учета, своевременное предоставление бухгалтерской отчетности, обеспечивает соответствие осуществляемых хозяйственных операций законодательству Российской Федерации, контроль за движением имущества и выполнением обязательств; его требования по документальному оформлению хозяйственных операций и представлению в бухгалтерию необходимых документов и сведений обязательны для всех работников организации (пункты 2 и 3 статьи 7 Федерального закона от 21 ноября 1996 года N 129-ФЗ «О бухгалтерском учете»). Введение для главных бухгалтеров дополнительного основания прекращения трудового договора основано на специфике их трудовой деятельности и должностных обязанностей и не может рассматриваться как устанавливающее необоснованную дифференциацию между различными категориями работников. В случае расторжения трудового договора с главным бухгалтером в связи со сменой собственника имущества организации ему выплачивается компенсация в размере не ниже трех средних месячных заработков (статья 181 Трудового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, оспариваемые заявительницей законоположения не могут рассматриваться как нарушающие ее конституционные права.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального констит

Определение Конституционного Суда РФ от 27 мая 2010 г. № 699-О-О “Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бачаловой Марьям Умаровны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 75 и пунктом 4 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации”

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Стрекозова, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки М.У. Бачаловой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка М.У. Бачалова оспаривает конституционность части первой статьи 75 и пункта 4 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми при смене собственника имущества организации новый собственник не позднее трех месяцев со дня возникновения у него права собственности имеет право расторгнуть трудовой договор с руководителем организации, его заместителями и главным бухгалтером. По мнению заявительницы, данные законоположения ограничивают трудовые права граждан, занимающих должности главных бухгалтеров, и противоречат статьям 17, 19, 37 и 55 Конституции Российской Федерации.

Это интересно:  Технический паспорт на дом как выглядит

Оспариваемые М.У. Бачаловой нормы были применены в ее деле судами общей юрисдикции.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные М.У. Бачаловой материалы, не находит оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель вправе устанавливать различия в правовом статусе лиц, принадлежащих к разным по условиям и роду деятельности категориям, в том числе вводить особые правила, касающиеся прекращения с ними трудовых отношений, если эти различия являются оправданными и обоснованными, соответствуют конституционно значимым целям (Постановление от 15 марта 2005 года № 3-П, Определение от 3 октября 2002 года № 233-О).

Правовой статус главного бухгалтера (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности: он несет ответственность за формирование учетной политики, ведение бухгалтерского учета, своевременное предоставление бухгалтерской отчетности, обеспечивает соответствие осуществляемых хозяйственных операций законодательству Российской Федерации, контроль за движением имущества и выполнением обязательств; его требования по документальному оформлению хозяйственных операций и представлению в бухгалтерию необходимых документов и сведений обязательны для всех работников организации (пункты 2 и 3 статьи 7 Федерального закона от 21 ноября 1996 года № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете»). Введение для главных бухгалтеров дополнительного основания прекращения трудового договора основано на специфике их трудовой деятельности и должностных обязанностей и не может рассматриваться как устанавливающее необоснованную дифференциацию между различными категориями работников. В случае расторжения трудового договора с главным бухгалтером в связи со сменой собственника имущества организации ему выплачивается компенсация в размере не ниже трех средних месячных заработков (статья 181 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, оспариваемые заявительницей законоположения не могут рассматриваться как нарушающие ее конституционные права.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бачаловой Марьям Умаровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Определение Конституционного Суда РФ от 27 мая 2010 г. № 699-О-О “Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бачаловой Марьям Умаровны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 75 и пунктом 4 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации”

Принято: Пленум Конституционного Суда РФ

Текст Определения официально опубликован не был

Обзор документа

Оспаривались нормы, в силу которых смена собственника имущества организации может являться основанием для увольнения ее руководителя, его заместителей и главного бухгалтера.

По мнению заявителя, эти положения ограничивают трудовые права граждан, занимающих должности главных бухгалтеров.

КС РФ не согласился с этими доводами и указал следующее.

Законодатель вправе устанавливать различия в правовом статусе лиц, принадлежащих к разным по условиям и роду деятельности категориям. Он может вводить, в т. ч., особые правила, касающиеся прекращения с ними трудовых отношений, если эти различия являются оправданными и обоснованными, соответствуют конституционно значимым целям.

Правовой статус главного бухгалтера (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников. Это обусловлено спецификой его трудовой деятельности. Он несет ответственность за формирование учетной политики, ведение бухучета, своевременное предоставление бухотчетности. Кроме того, он обеспечивает соответствие хозяйственных операций законодательству, контроль за движением имущества и выполнением обязательств.

Его требования по документальному оформлению операций и представлению в бухгалтерию необходимых документов и сведений обязательны для всех работников организации.

В связи с этим введение для главных бухгалтеров дополнительного основания прекращения трудового договора основано на специфике их деятельности и должностных обязанностей. Это не может рассматриваться как необоснованная дифференциация между различными категориями работников.

В случае расторжения трудового договора с главным бухгалтером в связи со сменой собственника имущества организации ему выплачивается компенсация.

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Определение Конституционного Суда РФ от 7 декабря 2010 года № 1570-О-О
Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ядрихинского Дмитрия Борисовича на нарушение его конституционных прав частью 4 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Определение
от 7 декабря 2010 г. № 1570-О-О

Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ядрихинского Дмитрия Борисовича
на нарушение его конституционных прав частью 4 статьи 12.15
Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, В.Г. Ярославцева,

заслушав в пленарном заседании заключение судьи С.Д. Князева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина Д.Б. Ядрихинского,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Д.Б. Ядрихинский оспаривает конституционность части 4 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 24 июля 2007 года № 210-ФЗ), согласно которой выезд в нарушение Правил дорожного движения на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, за исключением случаев, предусмотренных частью 3 данной статьи, влечет лишение права управления транспортными средствами на срок от четырех до шести месяцев.

Как следует из представленных материалов, Д.Б. Ядрихинский постановлением мирового судьи судебного участка № 5 Калининского района города Челябинска от 14 апреля 2010 года, оставленным без изменения решениями судов вышестоящих инстанций, был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на четыре месяца. При этом судами были отвергнуты доводы заявителя о том, что он не может быть привлечен к административной ответственности, поскольку выехал на полосу встречного движения с целью обгона впереди идущего транспортного средства в разрешенном месте и только при завершении обгона был вынужден проехать по полосе, предназначенной для встречного движения, в зоне действия дорожного знака 3.20 «Обгон запрещен».

По мнению заявителя, полагающего, что под выездом в нарушение Правил дорожного движения на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, должно пониматься непосредственно пересечение линии (в том числе воображаемой), разделяющей встречные стороны дороги, оспариваемое законоположение не отвечает требованиям определенности правовых норм, поскольку предоставляет органам внутренних дел и судам возможность осуществлять его расширительное толкование и, по сути, заниматься административно-деликтным законотворчеством, отнесенным к компетенции Федерального Собрания, а также допускает привлечение к административной ответственности водителей, которые в силу стечения тех или иных обстоятельств оказались на полосе дороги, предназначенной для встречного движения, и не позволяет толковать неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, в его пользу. В связи с этим он просит признать часть 4 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации в оспариваемой им редакции не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 15 (часть 1), 17, 18, 19 (части 1 и 2), 45, 49 (часть 3), 55, 94, 102, 103 и 105.

Это интересно:  Можно ли сдать билеты в театр: условия и порядок возврата

2. Определение оснований и условий административной ответственности в силу статей 72 (пункт «к» части 1) и 76 (часть 2) Конституции Российской Федерации относится к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации и осуществляется посредством издания федеральных законов и принимаемых в соответствии с ними законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации. Закрепляя составы административных правонарушений и меры ответственности за их совершение, законодатель обязан соблюдать гарантированное статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации равенство всех перед законом и вытекающее из него требование определенности правовых норм, означающее, что любое административное правонарушение, а равно санкции за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя из текста соответствующей нормы — в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, — каждый мог предвидеть административно-правовые последствия своих действий (бездействия). Неточность, неясность и неопределенность закона порождают возможность неоднозначного истолкования и, следовательно, произвольного его применения, что противоречит конституционным принципам равенства и справедливости, из которых вытекает обращенное к законодателю требование определенности, ясности, недвусмысленности правовых норм и их согласованности в системе действующего правового регулирования; в противном случае может иметь место противоречивая правоприменительная практика, что ослабляет гарантии государственной защиты прав, свобод и законных интересов граждан от произвольного преследования, осуждения и наказания (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2003 года № 9-П, от 27 мая 2008 года № 8-П и от 13 июля 2010 года № 15-П).

Из диспозиции части 4 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации следует, что административно-противоправным и наказуемым признается любой выезд на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, если он запрещен Правилами дорожного движения и за него не установлена ответственность частью 3 данной статьи. При этом наличие в действиях водителя признаков объективной стороны состава данного административного правонарушения не зависит от того, в какой момент выезда на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, транспортное средство располагалось на ней в нарушение Правил дорожного движения. Именно на это ориентирует суды постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» (в редакции постановления от 11 ноября 2008 года № 23), согласно пункту 12 которого по части 4 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации необходимо квалифицировать прямо запрещенные Правилами дорожного движения действия, которые связаны с выездом на сторону проезжей части дороги, предназначенную для встречного движения, в том числе в случае нарушения водителями требований дорожных знаков или разметки.

Противоправный выезд на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, представляет повышенную опасность для жизни, здоровья и имущества участников дорожного движения, так как создает реальную возможность лобового столкновения транспортных средств, сопряженного с риском наступления тяжких последствий, в связи с чем ответственности за него, по смыслу части 4 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации во взаимосвязи с его статьями 2.1 и 2.2, подлежат водители, совершившие соответствующее деяние как умышленно, так и по неосторожности. Этим не исключается учет формы вины нарушителя при индивидуализации ответственности и определении размера административного наказания в соответствии с положениями части 2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации, устанавливающими, что при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

3. Согласно статье 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (часть 1); обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (часть 2); неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (часть 3).

Несмотря на то что данные конституционные положения по своему буквальному смыслу направлены на закрепление презумпции невиновности в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступления, их значение выходит за рамки уголовного преследования. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения является одним из принципов юридической ответственности, а конституционные положения о презумпции невиновности и бремени доказывания, которое возлагается на органы государства и их должностных лиц, выражают общие принципы права при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности в уголовном и в административном праве (постановления от 7 июня 2000 года № 10-П, от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 17 июля 2002 года № 13-П, определения от 9 апреля 2003 года № 172-О, от 6 июля 2010 года № 934-О-О и др.).

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, закрепляя в качестве одного из принципов административно-деликтного законодательства презумпцию невиновности, также исходит из того, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1 статьи 1.5); лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассматривающего дело (часть 2 статьи 1.5); неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5).

Данные предписания Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях имеют универсальное значение и исключают возможность необоснованного привлечения водителей к административной ответственности за выезд в нарушение Правил дорожного движения на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, при отсутствии вины водителя транспортного средства, доказанной в установленном законом порядке.

4. Таким образом, часть 4 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не содержит неопределенности, позволяющей судам и иным правоприменителям осуществлять ее произвольное толкование, не допускает привлечения к ответственности водителей транспортных средств при недоказанности их вины и не нарушает конституционные права и свободы заявителя.

Излагая свою позицию по поставленному в жалобе вопросу, Д.Б. Ядрихинский фактически оспаривает законность и обоснованность вынесенных по его делу правоприменительных решений, а также ставит перед Конституционным Судом Российской Федерации вопрос о внесении целесообразных, с его точки зрения, изменений в действующее законодательство. Между тем разрешение данных вопросов к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ядрихинского Дмитрия Борисовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Определение Конституционного Суда РФ от 29.03.2016 N 699-О

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 29 марта 2016 г. N 699-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ ДУРЯГИНОЙ ЕЛЕНЫ АЛЕКСАНДРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОДПУНКТОМ “А” ПУНКТА 6 ПРАВИЛ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ МОЛОДЫМ СЕМЬЯМ СОЦИАЛЬНЫХ ВЫПЛАТ НА ПРИОБРЕТЕНИЕ (СТРОИТЕЛЬСТВО) ЖИЛЬЯ И ИХ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Е.А. Дурягиной к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

  1. Решением суда общей юрисдикции гражданке Е.А. Дурягиной было отказано в удовлетворении требования о признании права на получение социальной выплаты в рамках подпрограммы “Обеспечение жильем молодых семей” федеральной целевой программы “Жилище” на 2015-2020 годы. При этом, установив факт достижения Е.А. Дурягиной 36-летнего возраста, суд со ссылкой на подпункт “а” пункта 6 Правил предоставления молодым семьям социальных выплат на приобретение (строительство) жилья и их использования (приложение N 4 к подпрограмме “Обеспечение жильем молодых семей” федеральной целевой программы “Жилище” на 2015-2020 годы, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 17 декабря 2010 года N 1050) пришел к выводу, что ранее восстановленная в списке участников данной подпрограммы на основании решения суда, вынесенного в связи с принятием Конституционным Судом Российской Федерации по жалобе Е.А. Дурягиной Постановления от 8 июля 2014 года N 21-П, семья истицы перестала отвечать требованиям, предъявляемым к молодым семьям, которые вправе участвовать в данной подпрограмме, и, соответственно, утратила право на участие в ней.
Это интересно:  Штраф за просроченный паспорт: размер, как и где оплатить, можно ли избежать

По мнению заявительницы, оспариваемая норма Правил предоставления молодым семьям социальных выплат на приобретение (строительство) жилья и их использования во взаимосвязи с подпунктом “а” пункта 22 и абзацем вторым пункта 27 данных Правил противоречит статьям 7, 38 (часть 1), 40, 53 и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку устанавливает в качестве безусловного основания для исключения семьи из участия в названной подпрограмме факт превышения возраста 35 лет одним из супругов либо одним родителем в неполной семье на день принятия органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации решения о включении молодой семьи – участницы подпрограммы в список претендентов на получение социальной выплаты в планируемом году – без учета признанного судом факта незаконности исключения семьи из участия в подпрограмме в период до достижения супругом или супругами указанного предельного возраста участия в подпрограмме, притом что при отсутствии такого неправомерного исключения данная социальная выплата была бы предоставлена.

  1. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требование о предоставлении социальных выплат на приобретение жилья непосредственно из Конституции Российской Федерации не вытекает, условия их выплаты определяются федеральным законодателем и (или) Правительством Российской Федерации в рамках их компетенции (определения от 27 мая 2010 года N 738-О-О, от 19 октября 2010 года N 1333-О-О, от 14 июля 2011 года N 988-О-О, от 16 июля 2013 года N 1195-О, от 29 января 2015 года N 122-О и др.).

Закрепив в названных Правилах право молодых семей на получение за счет средств федерального бюджета социальной выплаты и определив условия его возникновения, Правительство Российской Федерации было вправе, как это следует из статей 38 (часть 1), 40 и 114 (пункты “в”, “ж” части 1) Конституции Российской Федерации, учитывая финансовые возможности государства и иные факторы, предусмотреть и специальные условия для получения выплаты, в частности условие о соответствии молодой семьи всем установленным названными Правилами требованиям, в том числе возрастному критерию, а именно возраст каждого из супругов на день принятия органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации решения о включении молодой семьи в список претендентов на получение социальной выплаты не должен превышать 35 лет (подпункт “а” пункта 6 Правил). Такое регулирование, как ранее указывал Конституционный Суд Российской Федерации, нельзя расценивать как нарушающее конституционные права граждан (определения от 27 мая 2010 года N 738-О-О и от 15 января 2015 года N 3-О).

Согласно указанным Правилам список молодых семей – участников подпрограммы, изъявивших желание получить социальную выплату в планируемом году, формируют органы местного самоуправления и представляют их в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации, который, в свою очередь, на основании этих списков и с учетом средств, которые планируется выделить на софинансирование мероприятий подпрограммы из бюджета субъекта Российской Федерации и (или) местных бюджетов на соответствующий год, формирует и утверждает сводный список молодых семей – участников подпрограммы, изъявивших желание получить социальную выплату в планируемом году (пункты 20 и 22).

После утверждения распределения субсидий между бюджетами субъектов Российской Федерации на соответствующий финансовый год и доведения этих сведений до органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации на основании сводного списка и с учетом размера субсидии, предоставляемой бюджету субъекта Российской Федерации на текущий год из федерального бюджета, размера бюджетных ассигнований, предусматриваемых в бюджете субъекта Российской Федерации и (или) местных бюджетах на соответствующий год на софинансирование мероприятий подпрограммы “Обеспечение жильем молодых семей”, утверждает список молодых семей – претендентов на получение социальных выплат в соответствующем году (пункт 23 указанных Правил).

Исходя из целей и задач федеральной подпрограммы “Обеспечение жильем молодых семей” и с учетом имеющихся финансово-экономических возможностей на период ее действия предусматривается предоставление данной социальной выплаты тем участвующим в подпрограмме семьям, которые на момент включения их органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в список претендентов на получение социальной выплаты в соответствующем году отвечают всем установленным названными Правилами требованиям к молодой семье, в том числе возрастному критерию.

Таким образом, само по себе включение органом местного самоуправления и (или) органом исполнительной власти молодой семьи в список (сводный список) молодых семей – участников подпрограммы “Обеспечение жильем молодых семей”, изъявивших желание получить социальную выплату в планируемом году, не означает, что такие молодые семьи обладают субъективным правом на получение социальной выплаты для приобретения (строительства) жилья (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2015 года N 3-О и от 23 апреля 2015 года N 997-О).

Возможность приобретения семьей Е.А. Дурягиной субъективного права на получение данной социальной выплаты в соответствующие годы, в том числе в период неправомерного исключения ее семьи из списка молодых семей – участников подпрограммы “Обеспечение жильем молодых семей”, изъявивших желание получить социальную выплату в планируемом году, таким образом, обусловлена комплексом обстоятельств, связанных в том числе с объемом выделяемого из средств бюджетов финансирования данной подпрограммы, количеством молодых семей, подлежащих включению в указанный список в первоочередном порядке, и др.

Следовательно, оспариваемое нормативное положение Правил предоставления молодым семьям социальных выплат на приобретение (строительство) жилья и их использования как само по себе, так и во взаимосвязи с иными положениями данных Правил не вводит каких-либо неоправданных ограничений для молодых семей и не допускает неравенства в правовом регулировании при реализации прав этой категории граждан на государственную поддержку в решении жилищной проблемы и, соответственно, не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявительницы, указанные в жалобе.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, Конституционный Суд Российской Федерации

  1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Дурягиной Елены Александровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
  2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации

Статья написана по материалам сайтов: www.alppp.ru, www.zaki.ru, www.garant.ru, pravo.hop.ru, zakoniros.ru.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock
detector